Судебные акты Верховного Суда РФ, принятые им в течение 2025 года, резко изменили правила игры для страхового рынка: теперь события, произошедшие по причине грубой неосторожности страхователя, не могут являться исключениями из страхового покрытия, а условия договоров страхования об обратном признаются судами ничтожными. Одновременно масштабные пожары на складах крупных маркетплейсов усилили требования к технической безопасности страхуемых объектов, что влияет на тарифы и условия страхования. О ключевых изменениях на страховом рынке — в статье старшего партнёра АБ «Бельский и партнёры» Дмитрия Шнайдмана для РБК Компании. Среди новых тенденций в страховой практике все отчетливее проявляются изменения, имеющие принципиальное значение для участников рынка. Одним из таких сдвигов стал пересмотр подхода к оценке поведения страхователя, приведшего к наступлению события, имеющего признаки страхового случая. Определения Верховного Суда РФ по делу № А40-38928/2024 и № А72-17277/2024 стали важной вехой. Суд подчеркнул, что любые неумышленные действия страхователя, даже если они грубо неосторожны и напрямую повлекли страховой случай, должны покрываться страхованием. При этом Верховный суд опирался на несколько аргументов: - Ничтожность договорных условий, исключающих события, наступившие вследствие грубой неосторожности страхователя, из числа страховых случаев.
- Трактовка действий страховщика при включении подобных условий в договор страхования как проявления недобросовестности.
- Толкование договора страхования в пользу страхователя как экономически слабой стороны даже при отсутствии неясностей в буквальном содержании договора.
Комплексное использование данных аргументов демонстрирует, что ВС РФ твердо настроен на применение базового подхода, при котором наступление страхового случая по причине неосторожности страхователя (в том числе грубой неосторожности) при наличии договора по данному риску в любом случае должно покрываться страхованием. С приятием судебных актов по делам №А40-38928/2024 и №А72-17277/2024 суды фактически нивелировали принцип свободы договора в страховых правоотношениях, значительно ограничив право сторон по своему усмотрению определять перечень и характер событий, рассматриваемых в качестве страхового риска. При этом, в силу формулировок принятых судебных актов, правоприменитель вообще подставил под сомнение легитимность любых исключений из страхового покрытия, которые могут быть предусмотрены сторонами в своем договоре. Фактически суд указал, что единственным легитимным исключением из страхового покрытия могут являться умышленные действия страхователя, направленные на наступление страхового случая. Все прочие договорные исключения из страхового покрытия так или иначе могут позволить судам сделать вывод о том, что они переводят страховой случай из разряда события (факта) в разряд условий, освобождающих от ответственности, что не соответствует положениям статьей 929, 963 ГК РФ. Подобные формулировки судов по своей сути затрагивают намного более широкий спектр взаимоотношений страховщиков и страхователей, чем вопрос наличия грубой неосторожности последнего, ставшей причиной страхового случая. По большому счету, правоприменитель поставил под сомнение действительность всех стандартно применимых исключений из страхового покрытия, связанных, например, со свойствами застрахованного имущества (естественный износ, самовозгорание и т. п.) либо, например, с перемещением товара за пределы согласованной территории страхования. Для страховщика подобный подход может означать объективную невозможность определить вероятность наступления страхового риска и возможный ущерб от его наступления, что безусловно затруднит вопрос согласования параметров страхового покрытия при заключении договора страхования и с большой вероятностью приведёт к росту страховых тарифов (платы за страхование). В этой связи было бы логичным ожидать, что в течение 2026 года правоприменитель так или иначе скорректирует свои подходы к допустимости применения принципа «свободы договора» при заключении договоров страхования, уточнив порядок применения исключений из страхового покрытия, в том числе связанных с грубой неосторожностью страхователя. Вопрос наличия либо отсутствия признаков грубой неосторожности страхователя как причины возникновения масштабных убытков стал намного более актуальным в последнее время в связи с ростом числа крупных пожаров, в первую очередь, на территории складских комплексов и промышленных предприятий. Влияние крупных пожаров на страховой рынок События последних пожаров на складах крупных маркетплейсов (Ozon, Wildberries) оказали значительное влияние на рынок страховых услуг. Страховщики стали намного более требовательными при проведении андеррайтинга (оценки степени страхового риска при принятии объекта на страхование), в связи с чем усилились требования к технической оснащенности объектов, прежде всего противопожарной. Можно с уверенностью говорить о том, что страховщики стали крайне избирательны в принятии объектов на страхование в отличие от практики предыдущих лет, когда для заключения договора страхования имущества юридического лица фактически было достаточно лишь его намерения заключить такой договор. Помимо тщательной преддоговорной экспертизы на наличие систем противопожарной безопасности страховщики также значительно усилили контроль над соблюдением страхователем требований норм и правил пожарной безопасности при эксплуатации застрахованного имущества. Выявленные нарушения соответствующих норм и правил на практике расцениваются страховщиками как существенное изменение степени страхового риска, которое согласно статье 959 ГК РФ даёт страховщику право потребовать уплаты дополнительной премии, а при отказе страхователя – расторгнуть договор страхования в одностороннем порядке. Поскольку одной их наиболее частых причин возгорания так или иначе являются нарушения правил пожарной безопасности при эксплуатации объекта либо при проведении строительно-монтажных работ, страховщики (при непосредственном участии АО «Российская национальная перестраховочная компания», являющейся по сути единственным перестраховщиком крупных рисков на российском страховом рынке) активно внедряют в стандартные договоры и правила страхования оговорки, которые исключают из страхового покрытия пожары, произошедшие вследствие нарушений норм и требований правил безопасности либо эксплуатации застрахованного имущества. Можно с уверенностью сказать, что любой крупный договор страхования имущества юридических лиц, заключенный в последние несколько лет будут содержать такие оговорки, которые прямо исключают возникновение ответственности страховщика при возникновении имущественного убытка страхователя по причине его грубой неосторожности. В этой связи, учитывая вышеописанное изменение правоприменительной практики, будет крайне интересно понаблюдать за тем, изменятся ли подходы страховщиков к досудебному урегулированию убытков по уже заключенным договорам, либо условием осуществления выплаты страхового возмещения при возникновении убытка по причине неосторожности страхователя по-прежнему будет являться только решение суда о взыскании со страховщика соответствующей суммы. Что касается вновь заключаемых договоров страхования, применительно к изменившейся правоприменительной практике, уверен, что страховщики будут искать новые подходы к заключению договоров страхования, которые так или иначе будут направлены на исключение из страхового покрытия случаев возникновения убытков по причинам, связанным с грубой неосторожностью самого страхователя. Это может быть сделано разными способами: страхование по поименованным рискам, когда в договоре содержится четкое описание застрахованного риска, включающего в себя закрытый перечень причин, по которым этот риск может наступить (например, «пожар по причине поджога либо аварийного режима работы электрооборудования»), либо предложения страхователю за отдельную повышенную страховую премию дополнительно страховать риск наступления события по причинам, связанным с его грубой неосторожностью. Безусловно, логика в позиции страховщиков присутствует – событие, произошедшее вследствие грубого либо систематического нарушения правил безопасности, не может в полной мере отвечать императивно установленным пунктом 1 статьи 9 Закона РФ от 27.11.1992 № 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" критериям события, рассматриваемого в качестве страхового риска, а именно случайности и вероятности его наступления (не будет случайным возгорание склада ГСМ при разведении на его территории костра для обогрева, например). Подводя итоги всему вышеизложенному, можно сделать вывод о том, что ключевым направлением развития правоприменительной практики в области страхования в 2026 году будет поиск взаимных компромиссов страховщиков, страхователей и правоприменителя при разрешении вопросов об определении объёмов страхового покрытия, возможности применения договорных подходов к ним с учетом специфики страхуемого имущества и бизнес-процессов страхователей. С моей точки зрения, вопрос пределов свободы сторон договора страхования при определении его условий является одним из самых ключевых, а объём и условия предоставления страхового покрытия должны являться не только правовой, но и коммерческой составляющей договора страхования. РБК Компании | 
