| | Мы постоянно сдаем кровь и биоматериалы для медицинских анализов, с генетическими тестами многие тоже знакомы не понаслышке. Но задумывались ли вы о том, насколько сложным феноменом является биоматериал с точки зрения права?
В этом году эксперты «Пепеляев Групп» вновь предложили участникам Петербургского Правового Саммита поразмышлять над фундаментальными вопросами биоправа, касающимися каждого из нас:
чем с точки зрения права является биоматериал человека (напр., клетки, ткани и пр.),
можно ли коммерциализовать собственную генетическую информацию, наследовать крионированный биообразец,
с какими рисками сталкиваются при этом пациенты, биобанки и клиники.
Модератор сессии Константин Шарловский, партнер, руководитель практики «Фармацевтика и здравоохранение» «Пепеляев Групп» подчеркнул, что табуированность вопросов, связанных с квалификацией биоматериалов приводит к ситуации правового вакуума, создающего препятствия для защиты прав граждан.
Так, мы наблюдаем чрезмерную юридизацию такого давнего этико-медицинского механизма как информированное добровольное согласие пациента. Из этического инструмента оно превращается в громоздкую и зачастую совершенно непонятную для участников процесса сущность, больше напоминающую договор нежели собственно подтверждение акта согласия на получение медицинской услуги.
Участники дискуссии подсветили различные аспекты темы правового режима биоматериала человека: от квалификации биоматериалов в качестве вещей в гражданско-правовом смысле до рисков, с которыми сталкиваются биобанки, осуществляя деятельность в условиях недостаточной регламентации не только правил обращения биоматериалов, но и базовых понятий в этой области.
На практике возникает множество рисков, не урегулированных нынешним законодательством: так, например, суды далеко не всегда согласны с вещно-правовым подходом к биоматериалам, в частности, в том, что касается хранения или уничтожения материалов, доноры которых скончались.
Дискуссия на Саммите показала: обсуждать эти вопросы необходимо, несмотря на их сложность – это позволит подготовиться к тем вызовам, которые уже возникают ввиду развития биомедицинских технологий, а также к тем, вероятно, более многочисленным, с которыми еще только предстоит столкнуться как юридической науке, так и обществу в целом. | |
