| | Собственник складского комплекса в Екатеринбурге сдал помещения в аренду, арендатор передал их в субаренду. По договору субаренды субарендатор самостоятельно отвечал за пожарную безопасность помещений.
В 2022 г. склад сгорел. Экспертиза установила, что очаг находился в зоне разгрузки субарендатора, где произошло воспламенение разлитой легковоспламеняющейся жидкости. Собственник подал иск о взыскании с субарендатора убытков в размере 488,2 млн руб.
Позиция судов
Первая инстанция удовлетворила иск полностью, установив, что пожар возник по вине субарендатора, а нарушений пожарной безопасности со стороны собственника экспертиза не выявила.
Апелляция, которую поддержал суд округа, взыскала только половину — 244,1 млн руб. Основанием для снижения суммы убытков стало заключение специалиста, в котором было указано, что склад не был оснащен автоматическим пожаротушением и противопожарными преградами, а при соблюдении норм пожар удалось бы локализовать. Вина была признана судом обоюдной (ст. 404, 1080 ГК РФ).
При этом суд первой инстанции отверг заключение специалиста, поскольку оно было подготовлено по заказу заинтересованного ответчика, а специалист не предупреждался об уголовной ответственности. Апелляция при этом не указала, какие процессуальные нарушения допустил первый суд при оценке доказательств.
Позиция Верховного Суда РФ
ВС РФ отменил постановления судов апелляционной и кассационной инстанций и оставил в силе решение первой инстанции, указав следующее:
солидарная ответственность по ст. 1080 ГК РФ требует совместных действий причинителей вреда, а таких действий собственника и субарендатора, приведших к пожару, суды не установили;
причинная связь между поведением собственника и пожаром не доказана. Такая связь есть, когда нарушение предшествует вреду и является необходимым и достаточным основанием его наступления, а имущество уничтожено пожаром, возникшим в ходе деятельности субарендатора;
для уменьшения ответственности по ст. 404 ГК РФ нужно доказанное нарушение собственника. Апелляция опиралась на заключение специалиста, которое первая инстанция отвергла, не указав на ее процессуальные ошибки. При этом судебная экспертиза нарушения не подтвердила, а предписания пожарного надзора были исполнены;
горючие жидкости являются источником повышенной опасности (ст. 1079 ГК РФ), поэтому субарендатор отвечает, если не докажет непреодолимую силу или умысел потерпевшего.
Практическое значение
Несоответствие здания нормам пожарной безопасности само по себе не позволяет разделить убытки пополам. Нужно доказать конкретное нарушение собственника и его связь с пожаром или размером ущерба.
При этом абсолютной защиты определение не дает: если нарушение подтвердит судебная экспертиза и свяжет его с масштабом ущерба, снижение по ст. 404 ГК РФ возможно.
Собственникам рекомендуем хранить результаты проверок госпожнадзора и доказательства исполнения предписаний, а в договорах аренды и субаренды распределять обязанности по пожарной безопасности и порядок хранения горючих веществ. Арендаторам, работающим с горючими жидкостями, стоит страховать ответственность: она может наступить независимо от вины. Позиция пригодится и страховщикам собственников при суброгационных требованиях к виновным арендаторам.
Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 14.09.2026 № 309-ЭС26-5074 по делу № А60-5809/2023.
| |
