| | 2 октября 2026 года Верховный Суд РФ вынес определение № 305-ЭС23-4351(4) по делу № А40-82947/2020 о банкротстве Андрея Коркунова. Спор затрагивал последствия заключения мирового соглашения, по которому обязательства должника погашало независимое третье лицо, и возможность сохранения первоначального периода подозрительности при повторном банкротстве. Обстоятельства дела Коркунов, бывший председатель совета директоров АО «Анкор Банк Сбережений», был признан банкротом в 2021 году. Одновременно Агентство по страхованию вкладов (АСВ) добивалось привлечения его к субсидиарной ответственности за банкротство банка на сумму около 5,9 млрд рублей. В октябре 2025 года суд утвердил мировое соглашение: ООО «Динамика» обязалось погасить задолженность Коркунова перед кредиторами примерно на 609,1 млн рублей за счёт собственных средств. При этом требование АСВ о субсидиарной ответственности оставалось неразрешённым. Суд округа отменил утверждение соглашения, однако Верховный Суд занял иную позицию. Позиция Верховного Суда Верховный Суд отменил постановление округа и оставил в силе акты первой и апелляционной инстанций. Коллегия обратила внимание на три ключевых обстоятельства. Исполнение обязательств третьим лицом не затрагивало конкурсную массу. ООО «Динамика» погашало задолженность за счёт собственных средств и не приобретало права требования к Коркунову. Поэтому утверждение соглашения само по себе не препятствовало возможному удовлетворению требования АСВ о привлечении должника к субсидиарной ответственности. Кроме того, признание сделки по выдаче векселя недействительной не отменяло ранее вынесенное решение суда о взыскании вексельного долга: оно сохраняло обязательную силу. Повторное банкротство не обязательно означает новый отсчёт периода подозрительности. Это один из ключевых выводов определения Верховный Суд указал: если в дальнейшем будет установлена значительная субсидиарная ответственность Коркунова по обязательствам банка, это подтвердит, что он находился в состоянии объективного банкротства на протяжении всего соответствующего периода. В таком случае новое дело о банкротстве может рассматриваться как продолжение первоначального, а периоды подозрительности и предпочтительности по статьям 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве должны исчисляться с даты возбуждения первого дела. Период подозрительности необходимо отличать от срока исковой давности. Суд отдельно отметил, что сроки оспаривания уже истекли по сделкам, о пороках которых уполномоченные лица знали или должны были знать не позднее трёх лет со дня открытия процедуры реализации имущества. Вместе с тем сделки, о которых кредиторам не было известно, а также неизвестные им основания недействительности могут быть предметом оспаривания в новом деле с учётом изложенного подхода к исчислению периода подозрительности. | |